вторник, 27 января 2015 г.

900 дней мужества

Мы знаем, что ныне лежит на весах

И что совершается ныне.

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет.

А. Ахматова.  Мужество


В годы Великой Отечественной войны на долю Ленинграда выпало немало страданий. Для главарей фашистской Германии с их планами уничтожения нашего государства, порабощения советских народов город на Неве был одним из важнейших объектов. Они намеревались захватить его раньше, чем Москву. Фюрер принял решение стереть город Ленинград с лица земли. «После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населённого пункта не представляет никакого интереса…Предполагается окружить город тесным кольцом и путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки с воздуха сравнять его с землёй. Если вследствие создавшегося в городе положения будут заявлены просьбы о сдаче, они будут отвергнуты, так как проблемы, связанные с пребыванием в городе населения и его продовольственным снабжением, не могут и не должны нами решаться. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения». 
4 сентября 1941 г. на улицах Ленинграда разорвались первые артиллерийские снаряды, а 8 сентября меченные чёрными крестами самолёты обрушили на город первый массированный удар. С тех пор до снятия блокады обстрелы и бомбёжки не прекращались ни на один день.
25 сентября немецко-фашистским войскам пришлось перейти к осаде города. С того дня им уже не удалось сделать ни шагу вперёд.
И тогда главари Третьего рейха решили иными средствами уничтожить Северную столицу и истребить всё её население.
20 декабря 1943 г. Ольга Берггольц писала: «Последнее время немцы начали часто применять ночные обстрелы. Но это только один из многочисленных приёмов обстрелов города. За два с половиной года неустаннно, с дьявольской изощрённостью изобретают враги способы уничтожения горожан. Они до пятидесяти раз меняли тактику обстрелов. Цель одна – как можно больше убить людей.»

На Невском надписи пестрели. 
Кричала каждая стена:
«Внимание!
При артобстреле
Опасна эта сторона!»
 Весь Ленинград, как на ладони,
С горы Вороньей виден был.
И немец бил
С горы Вороньей,
Из дальнобойной «берты» бил.
 Без перерыва
В голод, в горе,
В ребячий выкрик,
В хлеб и соль,
В последний свет
В последнем взоре,
В его отчаянья и боль. <...>
М. Дудин. Песня Вороньей горе

Особенно трудно было детям, которые до какого-то момента были как все дети, оставались веселыми, изобретательными. Играли осколками снарядов, коллекционировали их. Убегали, прорывались на передовую, благо фронт рядом, рукой подать. Азартно закидывали песком в своем дворе немецкие зажигалки, словно это новогодние шутки. Но позже дети разучились шалить. И даже смеяться, улыбаться разучились, так же, как их мамы и бабушки, и так же, как их первыми умиравшие отцы, дедушки… А как же было трудно научить их терпеть голод!

Несмотря на суровую обстановку фронтового города, было принято решение продолжить обучение детей, и в конце октября 1941 года 90 тысяч школьников начальных классов приступили к занятиям в бомбоубежищах школ. Никаких записей дети не вели. Учеба стала подвигом. Учителя и ученики сами добывали топливо, возили на санках воду. В школах было тихо, дети не бегали, изможденные бледные лица говорили о тяжких страданиях. Урок продолжался 20-25 минут, больше не выдерживали ни учителя, ни ученики, которые сидели в неотапливаемых классах в одежде, перчатках и головных уборах. 

Девчонка руки протянула, 
И головой на край стола. 
Сначала думали - уснула, 
А оказалось - умерла.

«Ленинградские дети…» Когда звучали эти слова – на Урале и за Уралом, в Ташкенте и в Куйбышеве, в Алма-Ате и во Фрунзе, – у человека сжималось сердце. Всем, особенно детям, принесла горе война. Но на этих обрушилось столько, что каждый с невольным чувством вины искал, чтобы хоть что-то снять с их детских плеч, души, переложить на себя.

Весной 1942 года в опустевшие, обезлюдевшие цехи предприятий пришли тысячи детей и подростков. В 12-15 лет они становились станочниками и сборщиками, выпускали автоматы и пулеметы, артиллерийские и реактивные снаряды. Чтобы они могли работать за станками и сборочными верстаками, для них изготавливали деревянные подставки.

В конце ноября 1941 года ударили морозы. Ртуть в термометре приближалась к отметке - 40 градусов. Замёрзли водопроводные и канализационные трубы, жители остались без воды. Вскоре подошло к концу топливо. Перестали работать электростанции, в домах погас свет, внутренние стены квартир покрылись изморозью. Ленинградцы начали устанавливать в комнатах железные печки-времянки, выводя трубы в окна. В них сжигали столы, стулья, платяные и книжные шкафы, диваны, паркетные плитки пола, а затем и книги. 
Хлебный паёк в то время представлял собой тёмно-коричневую липкую массу, наполовину состоявшую из примесей. 

Пытаясь заглушить муки голода, люди ели столярный клей, вазелин, глицерин, варили кожаные ремни. На территории сгоревших от бомбёжки Бадаевских складов собирали комья промёрзшей земли - ведь она пропиталась сахаром. Вымачивали эту землю и чуть сладковатой водой поили детей.

Как тягостно и, главное, как скоро 
Теперь стареют лица! Их черты
Доведены до птичьей остроты
Как бы рукой зловещего гримёра:
Подбавил пепла, подмешал
свинца –
И человек похож на мертвеца. <...>

В. Инбер. Пулковский меридиан

Имя Тани Савичевой теперь известно миллионам людей. Дневник этой девочки фигурировал на Нюрнбергском процессе как один из обвинительных документов против нацистских преступников.
В нем всего девять страниц. Из них на шести – даты. И за каждой – смерть. Шесть страниц – шесть смертей. Больше ничего, кроме сжатых лаконичных записей: «28 декабря 1941 года. Женя умерла… Бабушка умерла 25 января 1942-го, 17 марта – Лека умер, дядя Вася умер 13 апреля, 10 мая – дядя Леша. Мама – 15 мая». А дальше – без даты: «Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня». И так искренне и сжато поведала людям о войне, принесшей столько горя и страданий ей и ее близким, двенадцатилетняя девочка, сегодня перед этими строчками, старательно выведенными детской рукой, останавливаются потрясенные люди разных возрастов и национальностей, вглядываются в простые и страшные слова. Дневник сегодня выставлен в Музее истории Ленинграда, а его копия – в витрине одного из павильонов Пискаревского мемориального кладбища.

Не удалось спасти и Таню. Даже после того, как ее вывезли из блокадного города, истощенная голодом и страданиями девочка уже не смогла подняться.

В ночь на 19 января 1943 г. радио Ленинграда, которое не умолкало ни на одни сутки во время блокады, передало, что блокада прорвана, а 27 января 1944 года блокада была полностью снята.

Закончилась беспримерная в истории эпопея героического города, выдержавшего 900-дневную осаду, и не только выдержавшего, но и победившего!
За проявленные мужество, стойкость, героизм 1, 5 млн.ленинградцев награждены медалями «За оборону Ленинграда», Среди них много детей и подростков.

9 мая в день Победы ленинградцы, тысячи их, идут на Пискаревское кладбище. На Пискаревском кладбище в братских могилах захоронено почти 500 тысяч человек. Здесь открыт мемориал и зажжен Вечный огонь. Семьями идут и в одиночку, старые и молодые. Земляные холмы братских могил уже свободны от снега, прошлогодня трава распрямилась. На темную ее, жухлую зелень люди кладут цветы, а некоторые кладут хлеб.

Закончилась беспримерная в истории эпопея героического города, выдержавшего 900-дневную осаду, и не только выдержавшего, но и победившего! Подвиг ленинградцев навсегда остался в памяти соотечественников. Он стал ярким образцом самоотверженного служения своему городу, народу.